Николай Зайков — о новых площадках, уровне архитекторов и феномене культурных событий

Фото: tolknews.ru

Художник, организовавший самую посещаемую выставку в Барнауле, рассказал, нужны ли новые творческие пространства в городе, почему все упирается в деньги и при чем тут уровень подготовки художников

Нужны ли Барнаулу новые творческие пространства – для художников и креативных предпринимателей? Эта тема активно обсуждалась на недавнем отраслевом форуме. "Толк" решил спросить об этом известного барнаульского художника, организатора резонансной выставки "Аз.Арт", а теперь и и.о. директора Института архитектуры и дизайна АлтГТУ Николая Зайкова. Однако разговор, начавшийся с этой темы, перерос с дискуссию о падении качества работ, снижении подготовки художников, дизайнеров и архитекторов, бедности культуры, пустых выставочных залах и феномене популярности "Аз.Арта" и Музейной ночи. Мы приводим суждения эксперта по этим вопросам.

"Аз.Арт.Сибирь 2025" стала культурным событием летнего сезона — ее, согласно входному счетчику, посетили около 50 тысяч человек

– Важно определиться, о каком творческом пространстве мы говорим. Если речь о каком-то крупном экспоцентре, который бы работал только на искусство, то мое твердое убеждение – в Барнауле такой не нужен и даже невозможен. Другое дело – современный универсальный выставочный комплекс в центре города, предназначенный для проведения как коммерческих, промышленных, сельхозвыставок, так и крупных художественных экспозиций – таких как "Сибирь" или "Аз.Арт.Сибирь".

Если же говорить о каких-то локальных площадках, то, наверное, чем их больше, тем лучше. Но у меня есть серьезные сомнения по поводу того, что найдется достаточно разнообразного и качественного контента для их наполнения.

У нас художников в принципе не очень много. Есть те, что входят в отделение Союза, – 150 человек по списку. Есть разные другие, но сложно определить, сколько их, потому что это история постоянно меняющаяся – сегодня человек считает, что он художник, завтра – что нет, а послезавтра – что снова художник. Да и даже из 150, входящих в Союз, тоже активно работают не все, чего греха таить. А профессиональных художников, которые могли бы делать даже одну большую персональную выставку в год, вообще единицы. И зачем им дополнительный центр? Это первый момент.

Второй. Если и создавать крупную арт-площадку, то, наверно, для того, чтобы она могла показывать не только местный художественный продукт, но и привозить какие-то выставки, организовывать события. Но здесь сразу встает вопрос бюджета – а на какие средства?

Потому что это не только расходы на продвижение проектов, перевозку и оформление работ, создание уникальных проектов экспозиций, издательские расходы, но и содержание помещения со всеми вытекающими отсюда коммунальными и прочими платежами. Это еще и штат, причем не три-четыре смотрителя пенсионного возраста, не имеющих отношения к искусству, но и менеджмент – как минимум несколько активных, компетентных людей с хорошей зарплатой.

Если же говорить о пространствах, где можно было бы создавать какие-то творческие коллаборации, то опять же это нужно сразу четко проговаривать, как и кем будет создаваться и поддерживаться их работа, определять это еще на уровне проекта.

– И здесь я снова возвращаюсь к вопросу: чем это наполнять? Я, как представитель и профессионального сообщества, и академической среды, хочу обратить внимание на падение качества искусства, просто – на падение профессионализма. Ведь наиболее активные в этой области люди, как показывает практика, часто – дилетанты, профаны, которые тем не менее очень настойчиво пробивают себе какой-то путь. Но когда я лично смотрю на результаты их творчества, мне очень грустно. Это не про искусство, а про какую-то движуху.

Качество искусства страдает. Я могу судить об этом даже в связи с проведением "Аз.Арта". Казалось бы, серьезный проект, с хорошим профессиональным отбором. Но мы работаем с тем материалом, который есть. Мы не можем из воздуха взять других авторов и другие работы. Если мы сравним "Аз.Арт" 10-летней давности и тот, что прошел буквально недавно, то увидим, что качество искусства, умение рисовать, композиционное мышление, профессиональная эрудиция художников падают. С этим согласны абсолютно все эксперты, которые с нами работали.

При том что качество самого проекта с организационной точки зрения растет: увеличился бюджет, появилась стипендиальная программа и т. д. Условия становятся лучше, а собственно искусство, для которого они создаются, – хуже.

Есть очень способные ребята. Но иногда видишь, что талант у человека есть, а достаточной базы – нет. Он мог бы, но не умеет. Не научили.

Корни этой проблемы лежат глубоко – в области качества современного образования. Это эхо тех реформ, которые запустили еще в 1990-е. Только сейчас что-то начинает меняться понемногу, но это происходит очень медленно.

На Алтае нет высшего художественного образования. Есть дизайнерское, архитектурное, педагогическое, но художественного в чистом виде – нет. В Новоалтайске – очень хорошее, классное, но среднее образование.

Но давайте посмотрим на высшее дизайнерское и архитектурное. Студент-архитектор 15-20 лет назад рисовал в восемь раз больше, чем сейчас. Просто по числу учебных часов по дисциплинам изобразительного цикла. Те ребята, которые сейчас и на слуху, и успешны в профессии, это как раз те, кто учились на специалитете 10-20 лет назад: Николай Замятин, Иван Ильющенко, Анастасия Петренко, Юра Гребенщиков, Ваня Мозговой и другие. Все они, когда-то обучаясь на архитекторов и дизайнеров, получили хорошую художественную подготовку. Сейчас она в разы меньше.

– Архитектура и дизайн – это такие профессии, в которых 18-летний человек не прозвучит почти никогда. В этом возрасте невозможно стать великим архитектором. Во-первых, потому что для создания имени нужен просто опыт – время для формирования своего портфолио.

Во-вторых, архитектура, серьезный дизайн, монументальное искусство – это капиталоемкие виды работ. Без наличия опыта никто не даст деньги. А в этих сферах средства серьезные.

Поэтому, кстати, даже само понятие "молодой" будет значить разное применительно к людям разных видов занятий. Если пришел парень, что-то на стене из баллончика изобразил, какую-то инсталляцию соорудил за три копейки – и уже зазвучал, то это одно. Здесь путь до художественного высказывания очень короткий. Но в архитектуре и дизайне совсем другая история. У нас есть молодые архитекторы, но, я бы сказал, условно молодые – им за 30-40 лет. Но по меркам их профессии – из детского сада вышли.

От парков до жилых комплексов: архитектор Дмитрий Индюков назвал шесть объектов, которые незаметно изменили облик краевой столицы

Сейчас Дима Индюков (руководитель архитектурного бюро MDVA) взялся за молодежное направление в отделении Союза архитекторов. Какая-то работа с молодежью идет последние годы. Но опять же это движение вокруг ребят из нашего института. Главная подпитка – наши студенты и выпускники. А взять тот же Екатеринбург, я даже не говорю про столичные вузы, там есть флагман – Уральский архитектурно-художественный университет. И он там не единственный. В Новосибирске – как минимум два архитектурных вуза с большой историей. А у нас один – и тот, по сути, факультет технического университета.

То есть даже количественно – просто по цифрам приема – мы говорим совсем о разных сообществах, для которых могут быть актуальны крупные творческие площадки.

Поэтому в случае с Барнаулом надо делать скидку на размер города, на численность населения и т. д. И с учетом этих обстоятельств, мне кажется, достаточно у нас площадок. Возьмем выставочный зал на Ленина, 111. Музей "Город", который им сейчас управляет, ведет свою выставочную политику. Но я не вижу, чтобы они не справлялись с валом искусства и желающих. Нет такого.

Конечно, было бы замечательно, если бы и на этой площадке проходили события, которые бы привлекали тысячи посетителей. Но давайте вспомним, что тот же "Аз.Арт" проходит раз в два года. Организовывать такие выставки системно, с меньшей периодичностью сложно. И тут опять же встает вопрос финансирования. Зарплаты в этой сфере очень скромные, просто копеечные.

– Люди идут на крупные события в искусстве. "Аз.Арт" – пример этого. Но здесь нужно учитывать несколько моментов. Прежде всего, я думаю, мы потеряли бы минимум половину посетителей, если бы вход был платный. Наш проект – абсолютно социально ориентированный. Это инвестиции государства в развитие общества.

Давайте возьмем выставочный зал на пр. Ленина, 111. Он замечательный, в нем сделали ремонт – хорошая площадка, на которую не стыдно привести гостей. Но ведь там никого нет. Вот недавно я был на Дне города – толпы народа на улице. А я зашел на краевую выставку – как раз посмотреть, сколько там людей. Я был один. Билет стоит что-то около 50 рублей, копейки. Но не идут.

Занятия для себя могли найти как поклонники автомобилей, шумных перфомансов и рыцарских сражений, так и любители спокойных познавательных экскурсий и лекций

А теперь давайте вспомним Музейную ночь. Ее участники – ровно те же самые музеи, в которые обычно мало кто ходит, но в один день в году в них стоят очереди. Почему? Потому что это – событие. И подается оно именно так. Его хорошо продвигают, анонсируют, меняют время работы – тоже элемент необычности.

Я задумывался над феноменом посещаемости "Аз.Арта". И я думаю, что в большой степени это эффект создания инфоповода – выставка как событие. На нее модно сходить. Плюс "Аз.Арт" очень серьезно поддерживают все СМИ. И нам очень повезло, потому что у нас есть Жанна Редько – член нашей команды на протяжении многих лет. Хрупкая девушка, которая в одиночку потрясающе организует работу со СМИ и все ресурсы соцсетей. То есть "Аз.Арт" – это событие, которое громко звучит в информационном поле.

– Провинциальная ситуация по поводу возможности художнику жить на плоды своего труда – очень простая. Здесь нет коллекционеров, нет рынка так называемого современного искусства, контемпорари-искусства, которое использует совершенно другие компетенции. В XXI веке актуальный художник – совсем не обязательно рисующий. Он может делать все что угодно. Но у нас такого рынка нет вообще, и слава богу. Поэтому в нашем случае умеешь рисовать – будут какие-то деньги, не умеешь – можешь сколько угодно пиариться, тусоваться, но покупать никто ничего не будет.

Художник рассказал, что формирует имя-бренд в мире искусства, есть ли престижные авторы и востребованные сюжеты и как коллеги отнеслись к открытию его пространства

Наш рынок искусства – это такой магазин. Есть те, кому нужно сделать подарок к юбилею, – начальнику, жене, предприятию. Приобрести что-то для души, что называется. Это есть. Галерея Щетининых, например, прекрасно себя чувствует. Это самый простой, понятный и честный сценарий реализации.

Есть отдельный рынок, связанный с оформлением жилья. Есть дизайнерское сообщество, которое работает с заказчиками. Каждый дизайнер специализируется на определенного рода проектах, и у каждого есть свой пул художников. Но я бы также не назвал это индустрией, этого мало.

– Для меня руководство институтом – это, конечно, новый этап. И да, придется еще в более сложном формате совмещать творчество и работу в вузе. Но я в таком ритме живу уже 25 лет – никогда не был свободным художником. Окончил институт – и сразу пошел преподавать. Нагрузка всегда была большая. Но, когда меня вызвал ректор и предложил, я подумал, что, наверное, от таких предложений не отказываются. Нужно пробовать.

Сейчас одна из основных задач – сохранить коллектив. Идет смена поколений, постепенно уходят люди, которые стояли у истоков этого учебного заведения. Опять же, мало практиков среди педагогов, и это тоже проблема. Есть выпускники – талантливые, хорошие, но без опыта. А практикующих архитекторов завлечь сюда чрезвычайно сложно. Сегодня архитектор – это бизнесмен, он считает соотношение затраченных сил, времени и полученной пользы.

Конечно, эта должность – вызов. Художнику руководить архитектурной школой – вызов само по себе. Хотя я художник в архитектуре, конечно, архитектуру всегда любил и люблю и знаю ее. Но все равно я понимаю, что со стороны архитекторов, преподавателей моя работа будет подвергаться особой оценке.